И о спорте
Вот и пришел окончательный конец моему конному спорту.
Лошади в переводе на человеческие годы уже девяносто пять. И я ни одну лошадь не видел которая до этих лет дожила. Уже от старости поумирали жеребята, которых перспективными брали на конюшню, когда лошадь была звездой и украшениемколхозных дискотек местных конкуров. Такая была эффектная штучка караковой масти, что вокруг только вау и было слышно. Но в свои девяносто пять превратилась в косматого бегемота, в разорванный клочьями рыжий диван. И тем не менее еще год назад ее можно было седлать и даже иногда поднимать в галоп (сама просила). Потом я болел ковидом, долго приходил в себя, сел на нее последний раз в июне и почувствовал, что с нее хватит. Но в целом с ней все было хорошо, много кушала, слушалась конюха, о чем-то усиленно думала.
А последние дни повредилась разумом. Вдруг, в непредсказуемый момент, стала с места срываться в галоп, какого с молодости не выдавала, не видя, что впереди, сугроб, забор или толпа народа. В итоге забегов перелом двух ног. Не такой, что кровь-кишки, даже как-то доковыляла домой, и день простояла привалившись к стенке. Ветеринары развели руками и сказали "медицина бессильна". Двойная доза усыпляющего, которая должна была за минуту отправить ее на радугу, подействовала как обезболивающее. Лошадь пришла в себя, вкусно покушала, легла и уснула безмятежным молодецким сном. Ветеринары развели руками и сказали "медицина бессильна" и уехали спать. Вот такая сказка на ночь. Всем хороших снов.
Лошади в переводе на человеческие годы уже девяносто пять. И я ни одну лошадь не видел которая до этих лет дожила. Уже от старости поумирали жеребята, которых перспективными брали на конюшню, когда лошадь была звездой и украшением
А последние дни повредилась разумом. Вдруг, в непредсказуемый момент, стала с места срываться в галоп, какого с молодости не выдавала, не видя, что впереди, сугроб, забор или толпа народа. В итоге забегов перелом двух ног. Не такой, что кровь-кишки, даже как-то доковыляла домой, и день простояла привалившись к стенке. Ветеринары развели руками и сказали "медицина бессильна". Двойная доза усыпляющего, которая должна была за минуту отправить ее на радугу, подействовала как обезболивающее. Лошадь пришла в себя, вкусно покушала, легла и уснула безмятежным молодецким сном. Ветеринары развели руками и сказали "медицина бессильна" и уехали спать. Вот такая сказка на ночь. Всем хороших снов.