Занесло меня вчера на Рязанщину. Да еще как занесло.
В дикую жару, не газеле-коневозе (груженом), с водителем, страдающим топографическим кретинизмом, с полудохлым щенком-борзенком на руках. Заблудились.
Как можно съехать с федеральной трассы на проселочную дорогу и переть по ней лишние полторы сотни км мне не понять. Доехали до границы с Владимиром почти. Несмотря на мои вопли, что мы едем, глядя по солнцу, сука на север, а нужно на восток!
А рязанщина, судя по всему, до сих пор переживает нашествие Батыя, Едигея и прочей великой степи. В центре области - дырка от бублика, ни деревень, ни полей, нихрена. Лес (выгоревший), луга (заболоченные). По причине же Едигея, видимо, рязанцы и вывески на развилках дорог не вешают. Чтобы враг их не нашел.
Все, что я знал про Рязань до сих пор, это то, что "в рязани пироги с глазами".
Теперь мои знания обогатились.
В дикую жару, не газеле-коневозе (груженом), с водителем, страдающим топографическим кретинизмом, с полудохлым щенком-борзенком на руках. Заблудились.
Как можно съехать с федеральной трассы на проселочную дорогу и переть по ней лишние полторы сотни км мне не понять. Доехали до границы с Владимиром почти. Несмотря на мои вопли, что мы едем, глядя по солнцу, сука на север, а нужно на восток!
А рязанщина, судя по всему, до сих пор переживает нашествие Батыя, Едигея и прочей великой степи. В центре области - дырка от бублика, ни деревень, ни полей, нихрена. Лес (выгоревший), луга (заболоченные). По причине же Едигея, видимо, рязанцы и вывески на развилках дорог не вешают. Чтобы враг их не нашел.
Все, что я знал про Рязань до сих пор, это то, что "в рязани пироги с глазами".
Теперь мои знания обогатились.