June 23rd, 2019

21 июня

В мемуарах командующего флотом Кузнецова ("Накануне") самое интересное - это последние страницы с поминутным изложением событий последних суток. Двадцать первого июня не то что знали, а напряженно готовились. Подробно описано во сколько и от кого комфлота информацию получал, поминутно - какие отдавал распоряжения. Эта глава самая сухая, без лирики, фактически - протокол. Но от нее волосы дыбом.
Сравните с с мемуарами сухопутных генералов/маршалов, где об этой же дате сплошное размазывание соплей и спихивание с себя вины в диапазоне от "ах какая коварная внезапность!", до "ах глупый сталин все проспал!" Это - вранье.
Если знал флот, знала и суша.
Если готовился флот - готовилась и суша.
Но что-то пошло не так.
И это что-то - авиация.
Она не была отдельным родов войск и была придана армейским соединениям. В сумятице срочной подготовки к отражению удара было не до нее. Пехотный генералитет авиацию не любил, не знал, не понимал. Что-то декоративно-спортивное. В приоритетах - на стопоследнем месте... Кто-то панически спасал склады. Кто-то браво прогревал двигатели танковых армад. Медленные, с жестяной броней, в нелепо-огромном количестве наштампованные еще Тухачевским - они все сгорят в первом же бою.
Авиация же сгорела без боя, не взлетев. Вся.
Тем самым было в первые же часы проиграно ни больше, ни меньше - третье измерение.
А теперь воюй в двух, когда противник маневрирует в трех. Двигай дивизиями контрудара как хочешь - любое твое шевеление видно с верху как на ладони - а ну иди сюда. Сам же ты видишь до горизонта, как в дни Мамая. Вот и вся суть Приграничного Сражения.
А потом - пиши мемуары, отмазывайся.