Нет музыки лучше, чем «Дорз», нет голоса лучше, чем Моррисон, когда издалека возвращаешься домой на машине. Поля, поля, изрезанные оврагами холмы Мордовии, парящие над трассой луни, парящие в небе, где облака … вы сами знаете, какие бывают облака в первый жаркий летний день. А позади остались разбитые пензенские дороги и мачтовые присурские леса, в которые уходит один из моих корней. Корень, завязанный на обещанное мной семейное предание

Когда мой прадед-лесник был молодым…(хотя он только молодым-то и был – убит браконьерами)… он с женой, еще не родившей мою бабушку, жил на лесном хуторе. Не «с краю села у леса», а километрах в 15 - 20 от людей. Однажды он возвращался домой с невесть откуда взявшимся гниловатым, ехидным мужичком.
- А давай проверим, как тебя жена ждет. Предложил тот перед дверью и постучал.
- Кто?
- Прими хозяйка, пока муж на обходе.
- Сейчас. Подожди…
Десяток секунд, думаю, озадачивших прадеда.
- Ты там еще? Не ушел?
- Здесь. Зде… Не успел ответить гость, смятый в охапку прадедом, смятый и вышвырнутый с крыльца, потому что
Пущенная на голос, расщепившая доску двери, пуля - калибра, которым убивают лосей - была его. Тут же резко распахнулась дверь, второй ствол был заряжен картечью. Вот это я понимаю – жена. Вот это - адекватный ответ на популярный в ЖЖ вопрос о супружеской верности.
Кстати, интересно, примерно о тех же годах Хемингуэй сказал – «Единственным способом выжить была ежеминутная способность убить».