В советской внутренней политике был один серьезный изъян, делавший ее крайне неустайчивой и патологичной.
Представьте, что у вас на работе, в вашем дружном коллективе есть два сотрудника: один - асоциальный тип, драчливый бухарик, фанат спартака, второй - шизоидный нытик, навек ушибленный мыслями о всеобщей несправедливости. Ценность их - нулевая, вред от них очевиден. Начальство пыталось как-то от них избавится, но было послано на.уй, причем в первом случае - буквально: "а ты ... уволь по статье, по судам ... не набегаешься!"
Впервые в жизни встретив такой наглый отпор, ваше начальство обмочило кресло. Нет, оно прооралось, прогрозилось карами страшными... И махнуло рукой. "Нам скандалы в нашем дружном коллективе не нужны". Но порядок-то наводить надо - и кары посыпались на лояльных сотрудников. Секретарша опоздала на 5 минут и теперь суббота для нее рабочий день. В соседнем кабинете хвалили конкурентов и айтишники унесли оттуда новенькую оргтехнику. Наконец, у вас сорвалась сделка в которую вы душу вложили и - хер тебе премия, и отпуск тоже хер тебе! Ну, а те двое в игноре, связываться с ними - вони не оберешься.
Какие выводы делает коллектив: 1) начальство - не справедливо, 2) у начальства нет яиц, 3) те двое - молодцы! 4) работа дураков любит.
Все, точка, приплыли.
Тоже самое было и в СССР: нагнетались кампании по укреплению дисциплины, гайки закручивались, но касалось это только лояльных граждан. При этом параллельно существовал криминалитет со своими законами и росло диссидентство, которое тоже боялись тронуть. Ну что мешало КПСС дать послабления гражданам, и в тот же день устроить ночь длинных ножей уголовным авторитетам, а на следующий день устроить хрустальную ночь диссидентам? Мешало одно - не были они альфа-самцами, были скольскими пролазами, ловкими карьеристами, вождями с тонкими шеями.
А при таких обстоятельствах иного исхода быть не могло.