Category: литература

И о погоде

Есть замечательная книга "Аэропорт" за авторством, кажется, Хейли. Она действительно про аэропорт, во всех подробностях его функционирования. Этакий социалистический капиталистический реализм, трудовой подвиг, корпоративный восторг и тому подобное. На фоне любовь/морковь/кровь - во всех подробностях межличностного функционирования. Замечательная книга.
Так вот - все события там развиваются на фоне снегопада, многодневной снежной бури. Что и позволяет сюжет сгустить и замкнуть. Очень интересно. Так интересно, что а не поглядеть ли экранизацию?
И все. Большая ошибка. На фоне пафосного нервного оркестра по экрану пролетают то две, то три снежинки. Жертвы снежного урагана (без шапок) обметают метелочками свои машинки. Пешеходы чапают по асфальту с ужасными сугробами по обочинам - сантиметра в три. Погода из серии "Дорогая, сегодня отличный денек! Пойдем гулять с детьми." Именно так в голливуде представляется снежный ад и коллапс. Без смеха смотреть на это невозможно. Смех переходит в мат, когда появляются актеры. Они, наверное, на соседней площадке снимаются в пеплуме про Цезаря и Клеопатру. Сменить грим и выражения лиц им, простите, некогда. Фильм снят в 1970ом, а смотрится как продукт 54го. Невероятно старомодное барахло. Это надо было постараться так не попасть в книгу, которая и сейчас читается как ультрасовременный хай-тек. Спасибо тебе Тарантино, что ты эту голивудщину в рюшечках и на пафосе убил, закопал и дустом присыпал.

И о литературе

Пьецух. Интервью:
"Сейчас только и разговоров, что о цензуре в искусстве. Как считаете, а есть ли она в литературе?
– Нет, конечно, и я очень сожалею по этому поводу. Отсутствие цензуры удивительно сопряжено с отсутствием культуры. "
Взято у zotych7

Не какой-нибудь мракобес с кашей в бороде это говорит: интеллигентнейший и рукопожатнейший Вячеслав Пьецух. ПЕН-центр, перестроечная политота и это вот всё. Просто глядя на то, к чему привела их активность, даже им - противно. И хорошо, что у некоторых хватает смелости в этом признаться, хотя бы и у гробовой доски.
Писатель Пьецух был хороший. Но у меня он прочно утвердился как автор "первого советского телесериала" - чернушно-бытовушного и предсказуемо провалившегося на фоне мексиканско-бразильского мыла, а также как автор невероятно тошнотворного рассказа про какого-то секс-мачо времен перестройки, который даже во время секса не мог выкинуть из головы дебатов Первого Съезда народных депутатов и рассуждений о конфликте Ельцена и Горбачёва (или еще чего в том же роде). Тошнотворность рассказа блестяще передавала тошнотворность той эпохи, но спасибо - не хочется. Давайте уж лучше цензуру.

Ночь

Жить, наверное, надо ночью, как это делали древние шумеры, прячась в ночь от жары. У нас ночью тоже дышится легче и можно даже с ехать в машине и слушать радио, потому что ночью стихает новостной лай "Авария! Авария!! АВАРИЯ! и что там у хохлов" и передают всякий, никому не нужный, неформат.
Сейчас, например, читали стихи Межирова.
Единственный умный шестидесятник, по этой видимо причине наглухо забыт. Зацепила его строчка о "движущей силе революций":
Не из народа, из низов элиты...
и характеристика остальных шестидесятников:
Спицы колеса без обода
Без исторического опыта...

Не поэт, а настоящий социолог.
Надо читать.

21 июня

В мемуарах командующего флотом Кузнецова ("Накануне") самое интересное - это последние страницы с поминутным изложением событий последних суток. Двадцать первого июня не то что знали, а напряженно готовились. Подробно описано во сколько и от кого комфлота информацию получал, поминутно - какие отдавал распоряжения. Эта глава самая сухая, без лирики, фактически - протокол. Но от нее волосы дыбом.
Сравните с с мемуарами сухопутных генералов/маршалов, где об этой же дате сплошное размазывание соплей и спихивание с себя вины в диапазоне от "ах какая коварная внезапность!", до "ах глупый сталин все проспал!" Это - вранье.
Если знал флот, знала и суша.
Если готовился флот - готовилась и суша.
Но что-то пошло не так.
И это что-то - авиация.
Она не была отдельным родов войск и была придана армейским соединениям. В сумятице срочной подготовки к отражению удара было не до нее. Пехотный генералитет авиацию не любил, не знал, не понимал. Что-то декоративно-спортивное. В приоритетах - на стопоследнем месте... Кто-то панически спасал склады. Кто-то браво прогревал двигатели танковых армад. Медленные, с жестяной броней, в нелепо-огромном количестве наштампованные еще Тухачевским - они все сгорят в первом же бою.
Авиация же сгорела без боя, не взлетев. Вся.
Тем самым было в первые же часы проиграно ни больше, ни меньше - третье измерение.
А теперь воюй в двух, когда противник маневрирует в трех. Двигай дивизиями контрудара как хочешь - любое твое шевеление видно с верху как на ладони - а ну иди сюда. Сам же ты видишь до горизонта, как в дни Мамая. Вот и вся суть Приграничного Сражения.
А потом - пиши мемуары, отмазывайся.

Дворянская РККА

f6f2ff6fc4062f5f7f86fd7ee7af8da5

Пушкин, как известно, наше все. Так вот:
Пушкин Григорий Александрович (1868—1940) — дворянин, сын генерала от кавалерии А.А. Пушкина, внук Александра Сергеевича Пушкина. Во время Гражданской войны в России был мобилизован в Белую армию. Однако вскоре перешёл к большевикам. По другой версии, не принимал участия в Белом движении, а сразу поступил в Красную армию. Направлен на передовую. Воевал на Южном фронте в должности командира полка РККА. В 1921 году был демобилизован из-за контузии. После демобилизации работал научным сотрудником Государственной библиотеки СССР. Репрессирован не был. Сын Г.А. Пушкина - Григорий Григорьевич - военный, служил в войсках НКВД, участник ВОВ, разведчик партизанского отряда, после войны следователь МУР.
Каких-либо сведений о прямых потомках Пушкина - участниках Белого Движения я не нашел. Хотя часть потомков Пушкина оказалась в эмиграции.

И об истории

26946907

Пыжиков - одобрено.
За выходные плотно на его книги налёг. Понятно почему его ненавидит политота: вместо сусально-мармеладного фентези РКМП он дает живую картину борьбы интересов, панараму самоубийственного боя бульдогов под ковром, топографию социальных разломов, которые ни чем иным закончится и не могли. Дает не на основании своего имхо и личных симпатий, а на базе титанической архивной работы. Ненависть к нему леваков тоже понятна и по тем же причинам - левые не субъект российской истории, а лишь ее объект случайно-закономерно выкинутый на поверхность при столкновении социально-экономических плит.
Я прочитал по теме огромный объем литературы и мне всегда было непонятно одно обстоятельство. Мое недоумение можно выразить словами: "Алексеев, какого х.я?!" Отречение, внезапное предательство генштаба, что это было? Какой мотив? Так вот у Пыжикова показано как верхушка армии уже в 16 году оказалась вовлеченной во внутрироссийский экономический конфликт, став политическим игроком второго, увы, порядка. И все случившееся в феврале сразу становится понятнее.
Так что - очень рекомендую.

И о политоте

Как и следовало ожидать, на мой прошлый пост про отличную книгу "Взлет над пропастью" гневно отреагировала политота. Что смешно, одинаково гневно и одинаково хамски - и пламенный монархистЪ, и пламенный некро-совок. Два сапога пара. Смешно, потому что там 1) ни одного плохого слова в адрес Николая (с чего бы кипятиться монархисту?) и 2) подробно про остроту "рабочего вопроса" и попытки его решить (могло бы быть интересно и леваку).
Но нет, книгу они конечно же не читали, но мнение о ней имеют. Им сосед Карузо напел.
В общем-то это как раз большой плюс в пользу этой книги. Не будьте такими как политота, читайте объективную историческую литературу, а не подогнанную в коммерческих целях под нишевые вкусы маркетологически значимых групп покупателей: "На этой полке у нашего издательства попаданцы в Первую мировую - для монархистов, а на этой попаданцы в сталинский СССР - для некросовков" К сожалению, историческая литература сейчас издается в основном так.
Но тем приятнее исключение.

И об истории



"Взлёт над пропастью" А.В. Пыжиков.
Не обращайте внимания на пафос рекламы. Книга на самом деле хорошая.
Более того, это не просто лучшая книга по истории этого периода, это пожалуй единственная хорошая книга.
Вот с ней-то наконец пазл сложился. Без описанных в ней раскладов сил, понять ситуацию в обществе и происходившие тогда процессы, невозможно. А после нее невозможным становится серьезное отношение к прежним бесчисленным конспирологическим вывертам и историческим карикатурам по поводу последних 20-30 лет Империи.
Очень много фактического материала из ранее не поднимавшихся архивов. Никакого хрустения булкой, а равно пролетарского покровосрывания. Политоте любого фланга книга решительно не понравится. Поэтому должна понравиться нормальным людям.

И о литературе

На мой скромный взгляд этот ваш нынешний юбиляр изначально был искуственно раскрученным проектом (не то для десталинизации, не то для ее дискредитации, о чем говорит его "говорящая" фамилия). Иными словами это некий навальный шестидесятых... Однако в 1964-ом радикально поменялась власть и, судя по всему, авторов и кураторов этого проекта турнули из ЦК (и/или из органов) на хозяйство. Про проект сначала просто забыли, он остался без присмотра, начал жить своей жизнью и в итоге из него вышло то, что вышло.
Лично же мне он всегда казался только лишь иллюстрацией к циничным (но справедливым) словам Уильяма Берроуза "Нам не нужны праведники с выражением лица, как будто их е.ут в жопу, а они пытаются сделать вид, что ничего не происходит". И не более. Быть иллюстрацией для Берроуза это конечно вклад в литературу, но сомнительный.

Битов

Мне повезло. В сборнике рассказов, который попал мне в руки, были:
"Птицы. Или новые сведения о человеке",
"Человек в пейзаже",
"Преподаватель симметрии".
Мне тогда лет 20 было, может и меньше, и у меня челюсть упала. Литературное мастерство, умение обращаться со словом как Марадона с мячом. Когда мне было лет 20 - сравнивали еще с Марадоной. Если бы я был писателем мне бы хотелось писать именно так. Я ему даже завидовал. Становиться писателем уже не было смысла - он все написал, чего хотелось бы написать мне, если бы я писателем стал. До сих пор этот сборник стоит на полке много раз перечитанных книг. Едва ли не единственный из художественной литературы. Наверно только "Королевскую рать" я перечитывал чаще.
А "Пушкинский дом" мне попался много позже. Какая-то водичка, разве это Битов? Но диссиденты и либералы в этом романе увидели что-то либеральное и диссидентское (я не запомнил ни сюжета, ни строчки). Поэтому сегодня во всех новостях "умер автор Пушкинского дома". Похоже для вас он и не рождался.
А настоящий Битов - это например "О — цифра или буква?" Рассказ о гуманизме, написанный так, что от гуманизма не тошнит, а это самое трудное:
https://librolife.ru/g1727461